Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

сӑмаха (тĕпĕ: сӑмах) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
— Мӗнле ӑнланмалла ӗнтӗ ку «ирӗклӗ» текен сӑмаха? — каллех ыйтрӗ Квакин.

Куҫарса пулӑш

Тимурпа унӑн команди // Матвей Сакмаров. Гайдар, Аркадий Петрович. Тимурпа унӑн команди: повесть; вырӑсларан М.А.Сакмаров куҫарнӑ. — Шупашкар: Чӑваш АССР кӗнеке издательстви, 1967. — 102 с.

Эх, ҫав императорсене!.. — нумай пулмасть вӑрманта тӗл пулнӑ, бандитсем хӗнесе тӑкнӑ леш мучи майлах ҫиллессӗн те сӑмаха тӑсарах, хӑй те сисмесӗр, каласа хучӗ вӑл.

Ах, императоры!.. — незаметно для себя так же протяжно и с той же злобою повторил он, как и тот избитый бандитами мужик, который встретился недавно в лесу.

Ҫутаттӑр // Олимпиада Таллерова. Гайдар, Аркадий Петрович. Ҫутаттӑр: калав; вырӑсларан О.Таллерова куҫарнӑ. — Шупашкар: Чӑваш кӗнеке издательстви, 1971. — 44 с.

Эпӗ ӑна нимӗн те каламарӑм, сӑмаха урӑх ҫӗрелле ярса кулса ятӑм, вӑхӑт мӗн чухлӗ иккенни ҫинчен ыйтрӑм та унтан, ӗҫе пӗтерме те вӑхӑт ҫитнӗ иккен, терӗм.

Куҫарса пулӑш

Параппанҫӑ кун-ҫулӗ // Леонид Агаков. Гайдар, Аркадий Петрович. Параппанҫӑ кун-ҫулӗ: повесть; вырӑсларан Л.Агаков куҫарнӑ. — Шупашкар: Чӑваш государство издательстви, 1957. — 132 с.

— Нумай чухне мана Славка тесе чӗнеҫҫӗ, — ман сӑмаха тӳрлетрӗ ача.

Куҫарса пулӑш

Параппанҫӑ кун-ҫулӗ // Леонид Агаков. Гайдар, Аркадий Петрович. Параппанҫӑ кун-ҫулӗ: повесть; вырӑсларан Л.Агаков куҫарнӑ. — Шупашкар: Чӑваш государство издательстви, 1957. — 132 с.

Вӑл «рассказ» сӑмаха пӗр «с» урлӑ ҫырать, тата «что» сӑмах умӗн хӳреллӗ пӑнчӑ лартаҫҫӗ.

Куҫарса пулӑш

Параппанҫӑ кун-ҫулӗ // Леонид Агаков. Гайдар, Аркадий Петрович. Параппанҫӑ кун-ҫулӗ: повесть; вырӑсларан Л.Агаков куҫарнӑ. — Шупашкар: Чӑваш государство издательстви, 1957. — 132 с.

— Нина, — ыйтрӑм эпӗ вӑраххӑн, кашни сӑмаха шухӑшласа, — сан пата мана сайра хутра та пулин шӑнкӑравлама юрать-и?

Куҫарса пулӑш

Параппанҫӑ кун-ҫулӗ // Леонид Агаков. Гайдар, Аркадий Петрович. Параппанҫӑ кун-ҫулӗ: повесть; вырӑсларан Л.Агаков куҫарнӑ. — Шупашкар: Чӑваш государство издательстви, 1957. — 132 с.

Пӗр минутлӑха ҫеҫ кӗнӗ Ермолай: «Вӑл ухмах» (куратна, мӗнле сӑмаха юратать! — тесе илчӗ Филофей ҫур сасӑпа) — «вӑл ухмахскер укҫан шутне пачах та пӗлмест», тесе ӗнентерме тытӑнчӗ, — сӑмах май вара, вӑл мана акӑ мӗне асаилтерчӗ: пӗр ҫирӗм ҫул ӗлӗк халӑх нумай иртсе ҫӳрекен вырӑнта, икӗ пысӑк ҫул тӑваткалӗнче, манӑн аннеҫӗм тунӑ постоялӑй двор, — унта хуҫа пулса тӑма лартнӑ дворовӑй чӑнахах та укҫасен шутне пӗлмен пирки, — пӗтӗмпех саланса кайрӗ, ҫав дворовӑй укҫасене вӗсем миҫе пулни тӑрӑх хаклатчӗ, урӑхла каласан, сӑмахран, четвертак кӗмӗл укҫана ултӑ пилӗк пуслӑх пӑхӑр укҫалла паратчӗ, хӑй ҫапах та хытӑ ятлаҫатчӗ.

Вошедший на минутку Ермолай начал меня уверять, что «этот дурак» (вишь, полюбилось слово! — заметил вполголоса Филофей), «этот дурак совсем счету деньгам не знает», — и кстати напомнил мне, как лет двадцать тому назад постоялый двор, устроенный моей матушкой на бойком месте, на перекрестке двух больших дорог, пришел в совершенный упадок оттого, что старый дворовый, которого посадили туда хозяйничать, действительно не знал счета деньгам, а ценил их по количеству — то есть отдавал, например, серебряный четвертак за шесть медных пятаков, причем, однако, сильно ругался.

Тӑнкӑртатать // Василий Хударсем. Тургенев И.С. Тӑнкӑртатать: калавсем. — Шупашкар: Чӑваш государство издательстви, 1941. — 36 с. — 3–27 с.

Ун чухне вара вӗсем те савӑннӑ пек пулаҫҫӗ; вӗсем те ҫын ҫӑварӗнчен тухнӑ сӑмаха ӑнланаҫҫӗ-и, тен.

И как будто они тогда тоже обрадуются, как будто тогда они тоже все подхватят чудесное слово, слетевшее с языка человеческого.

III // .

Акӑ мӗншӗн ӗнтӗ тул ҫутӑлнӑ вӑхӑтра вӑрмана килсен эпир кайӑксен сассисене илтетпӗр те, ҫынна хирӗҫ тавӑрса каланӑ пек вӗсене ҫав-сӑмаха калатпӑр: — Сывӑ-и, аван-и! — тетпӗр.

Вот почему мы, когда придем в лес на рассвете и услышим, так и скажем им, как людям, это слово: — Здравствуйте!

III // .

Ҫав хӑрушӑ сӑмаха чи малтан ҫывӑхри ула кураксем илтрӗҫ, унтан вӗсем те ҫаплах кӑшкӑрчӗҫ, кусем хыҫҫӑн инҫерех лараканнисем кӑшкӑрчӗҫ те, пӗр самантра ула кураксен кӗтӗвӗ «Шуйттан!» тесе кӑшкӑрса пӗлӗт пек вӗҫсе килсе, ҫӳлӗ чӑрӑша пӗтӗмӗшпех сырса илчӗ.

Страшное слово прежде всего услыхали ближайшие вороны и, услыхав, повторили, и более отдалённые, услыхав, тоже повторили, и так в один миг несметная стая, целая туча ворон с криком «Чёрт!» прилетела и обленила высокую ёлку с верхнего сучка и до нижнего.

Ӳхӗ // Гаврил Молостовкин. Пришвин М.М. Ылтӑн ҫаран: калавсем. — Шупашкар: Чӑвашгосиздат, 1951. — 200 с. — 98–102 с.

— Ҫук, — терӗ асатте, ман сӑмаха пӳлсе.

— Нет, — перебил меня дед.

Пӑшисем // Гаврил Молостовкин. Пришвин М.М. Ылтӑн ҫаран: калавсем. — Шупашкар: Чӑвашгосиздат, 1951. — 200 с. — 85–87 с.

Хӑш чухне Базаров мӑкан та шухӑшсӑр персе янӑ сӑмахсене вӑл тепӗр хут та каланӑ, сӑмахран, темиҫе кун хушши вӑл нимӗн тӗлсӗр: «ну, ку тӑххӑрмӗш ӗҫ» — тесе ҫӳренӗ, мӗншӗн тесен ывӑлӗ ку сӑмаха, вӑл ирхи кӗлле кайнине пӗлнӗ хыҫҫӑн, ӑна ҫавӑн пек каланӑ пулнӑ.

Базаров даже повторял эти, иногда тупые или бессмысленные, выходки и, например, в течение нескольких дней, ни к селу ни к городу, все твердил: «Ну, это дело девятое!» — потому только, что сын его, узнав, что он ходил к заутрене, употребил это выражение.

XXVII // .

Василий Иванович хӑй панӑ сӑмаха пурӑнӑҫа кӗртрӗ.

Василий Иванович сдержал свое обещание.

XXVII // .

Вӑл ҫулпа Анна Сергеевнӑпа Базаров пыраҫҫӗ, Катяпа Аркадий вӗсене курӑнмаҫҫӗ, анчах кашни сӑмаха, кӗпе варкӑшнине, сывланине те илтеҫҫӗ.

Анна Сергеевна шла по ней в сопровождении Базарова, Катя с Аркадием не могли их видеть, но слышали каждое слово, шелест платья, самое дыхание.

XXVI // .

— Мӗншӗн-ха? — тавӑрчӗ вӑл, сӑмаха урӑххи ҫине ҫавӑрса ярса.

— Отчего же? — возразила она, а сама перевела разговор на другую дорогу.

XXV // .

Эсир аппа хитре те, ӑслӑ та иккенне маннӑ пулас, тата… уйрӑммӑнах сирӗн, Аркадий Николаевич, кун пек сӑмаха, ҫитменнине, ҫавӑн пек тимлӗн сӑн-питпех каламалла марччӗ.

Вы как будто забыли, что сестра и красавица, и умница, и… вам в особенности, Аркадий Николаич, не следовало бы говорить такие слова, и еще с таким серьезным лицом.

XXV // .

Кӑнтӑрлахи тата каҫхи апатсем ҫинӗ чухне вӑл сӑмаха физика, геологи е хими ҫине пӑрса яма тӑрӑшнӑ, мӗншӗн тесен ытти ыйтусем тата хуҫалӑх ыйтӑвӗ те (политика ҫинчен каламалли те ҫук) хирӗҫӳсем патнех мар пулсан та, пӗр-пӗринпе кӑмӑлсӑр пуласси патне илсе пыма пултарнӑ.

Во время обедов и ужинов он старался направлять речь на физику, геологию или химию, так как все другие предметы, даже хозяйственные, не говоря уже о политических, могли повести если не к столкновениям, то ко взаимному неудовольствию.

XXIII // .

Базаров кӑшт кӑна хӑй юратнӑ «романтизм» сӑмаха каласа яратчӗ, анчах тытӑнса тӑчӗ те: — ӑҫтиҫук, — терӗ.

Базаров чуть было не произнес своего любимого слова «романтизм», да удержался и сказал: — вздор.

XIX // .

Эпӗ сире хам ҫинчен каласа панӑччӗ, сӑмах май акӑ эпӗ «телей» сӑмаха асӑнтӑм.

Я вам рассказывала о самой себе, кстати вот, я упомянула слово «счастие».

XVIII // .

Одинцова сӑмаха музыка патне илсе пычӗ, анчах Базаров искусствӑна йышӑнманнине асӑрхасан, Аркадий халӑх мелодийӗсен пахалӑхӗ ҫинчен калаҫма тытӑнчӗ пулин те, хуллен ботаника ҫинченех калаҫа пуҫларӗ.

Одинцова навела речь на музыку, но, заметив, что Базаров не признает искусства, потихоньку возвратилась к ботанике, хотя Аркадий и пустился было толковать о значении народных мелодий.

XV // .

Страницăсем:

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех