Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

тенисем (тĕпĕ: те) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
Вите, кӗлет, нӳхреп тенисем пурте тӗп ҫуртран ҫур милӗн ҫурринче лараҫҫӗ; вӗсем мӗн пурӗ ҫирӗм хуралт пӗр пӗчӗк ял пекех туйӑнаҫҫӗ.

Все службы — конюшни, амбары, кладовые — были расположены на расстоянии четверти мили от главного дома; это был целый посёлок из двадцати построек.

Вунҫиччӗмӗш сыпӑк // .

Элен каласа панӑ вӑхӑтра пӗрре ҫеҫ мар унӑн ҫӑварӗнчен «Ах, атте! Мӗскӗн атте!» тенисем туха-туха кайрӗҫ, хӑй тата пӗрмаях аппӑш ҫумнелле тӗршӗнет.

Много раз во время рассказа Элен с его уст срывались восклицания: «Ах, отец! Бедный отец!» — и он тесно прижимался к сестре.

Виҫҫӗмӗш сыпӑк // .

Хӑй чӑн-чӑн оратор пекех калать, унӑн сӑмахӗнче «ортодоксальнӑй марксистсем», «социал-шовинистсем» тенисем тата ыттисем те нумай пулчӗҫ, итлекенсем вӗсене, паллах, ӑнланаймарӗҫ.

Он говорил как настоящий оратор, в его речи было слишком много таких слов, как «ортодоксальные марксисты», «социал-шовинизм» и так далее, которых слушатели, конечно, не поняли.

Ҫиччӗмӗш сыпӑк // .

Матрос хӑйӗн ҫул-йӗрне лайӑххӑн пӗлсе тӑрать, ӑна итле-итле Павел та тӗрлӗ илемлӗ ятлӑ партисем: социалист-революционерсем, социал-демократсем, поляксен социалистла партийӗ тенисем пурте рабочисен хаяр тӑшманӗсем иккенне, пӗтӗм пуянсене хирӗҫ кӗрешекен пӗртен-пӗр революциллӗ ҫирӗп парти — вӑл большевиксен партийӗ иккенне ӑнланса иле пуҫларӗ.

Матрос твердо знал свою дорогу, и Павел стал понимать, что весь этот клубок различных партий с красивыми названиями: социалисты-революционеры, социал-демократы, польская партия социалистов, — это злобные враги рабочих, и лишь одна революционная, непоколебимая, борющаяся против всех богатых, — это партия большевиков.

Пиллӗкмӗш сыпӑк // .

— Ҫырлахсамӑр, унӑн кашни страницӑрах: Вӑрҫӑ, вӑрҫӑ! Россия чапӗшӗн! — тенисем тӗл пулаҫҫӗ-ҫке!

— Помилуй, у него на каждой странице: на бой, на бой! за честь России!

XXI // .

Ӑҫта вара техникӑн ҫӳллӗ шайӗ, кибернетикӑпа электроника тенисем?

Где же высокий технический уреввиь, кибернетика, электроника?

5 // .

Авал ҫынсем, йывӑрлӑха лексен, «шӑпа — индус хӗрарӑмӗ», «шӑпа — хаяр амаҫури», тенисем кивӗ, Сергейшӑн вырӑнсӑр.

«Судьба индейка», «судьба — черная мачеха» — все это старое и древнее, что употребляли люди, когда попадали в тяжелое положение, не подходило к Сергею.

7 // .

Мӗн пур ҫӗрте «ура», «ура» тенисем ҫеҫ илтӗнсе тӑраҫҫӗ.

«Ура, ура!» — только и несется со всех сторон.

Аслӑ визирь // .

Турӑ чурине Григорие… тенисем илтӗнчӗҫ Аксинья хӑлхине.

Раба Божия Григория… — доносилось до слуха Аксиньи.

14 // .

Аслӑ та сивӗ тӳпере тӑрнасем хуйхӑллӑн тӑрлик!.. тӑрлик! тенисем илтӗнеҫҫӗ.

В просторной вышине слышались печальные клики журавлей.

I // .

Чурана лексен, эпӗ хурланса йӗрсе ятӑм: атте мӗн каланисене аса илтӗм; килтен тухса кайсан, йывӑр самантсем пулӗҫ, инкеке лекӗн, анчах сана пулӑшма никам та пымӗ, тенисем аса килчӗҫ.

Я горько заплакал: мне вспомнилось предсказание отца, что рано или поздно со мной случится беда и никто не придет мне на помощь.

Виҫҫӗмӗш сыпӑк // .

Тепӗр тесен тата, Верочка, кусем вӗсем: ҫапла пуль, тенисем ҫеҫ-ха, наука вӑл ыйтӑва кирлӗ пек татса памалӑх сведенисем пухайман-ха.

Впрочем, Верочка, ведь это только вероятность, наука еще не собрала столько сведений, чтобы решить вопрос положительным образом.

VII // .

Ҫав решение Макар тунӑ айӑп ун пекех хытӑ ответ тыттармалӑх ҫук, тесе пӑрахӑҫларӗҫ, кунсӑр пуҫне тата ун чухне Макар ӗҫне — «мораль тӗлӗшпе пӑсӑлнӑ», «хӗрарӑмсемпе иртӗнсе пурӑнать», — тенисем иккӗмӗш хут тӗпчесе пӑхнӑ хыҫҫӑн, ку тӗрӗс марри курӑнчӗ.

Решение отменили, мотивируя тем, что строгость взыскания несоответственна проступку Макара, а кроме того, ряд обвинений, в свое время выдвинутых против Макара («моральное разложение», «половая распущенность»), после вторичного расследования отпал.

37-мӗш сыпӑк // .

Килӗнче те ҫав шаях вара: халат, калпак, чӳрече хупписем, ҫаклатса питӗрмеллисем, тем тӗрлӗ тума хушман, тума чарнӑ япаласем, тата — мӗн те пулин сиксе тухминччӗ тенисем.

И дома та же история: халат, колпак, ставни, задвижки, целый ряд всяких запрещений, ограничений, и — ах, как бы чего не вышло.

Хупӑлчари этем // Иван Мучи. Антон Чехов. Калавсем. Чӑвашгосиздат, 1940. — 100–125 стр.

— Камсем вара эпир тенисем?

— Кто это — мы?

Усал шухӑшлӑ ҫын // Иван Мучи. Антон Чехов. Калавсем. Чӑвашгосиздат, 1940. — 63–70 стр.

— Санӑн ӗмӗтленнӗ шухӑшусем, «вай пӗтиччен ӗҫлемелле, мӗншӗн тесен иксӗлми ҫӑлкуҫӗсене ӗҫе яма Российӑна алӑсем, пуҫсем кирлӗ (санӑн сӑмахусем); канма канлӗрех пултӑр тесен, ӗҫлемелле, канни — тепӗр пурнӑҫпа, аристократилле, пурнӑҫӑн илемлӗ енӗпе, художниксен тата поэтсен пурнӑҫӗпе пурӑннине пӗлтерет», тенисем те ҫав кӗтесрех выртаҫҫӗ.

— В этом же углу лежат и замыслы твои «служить, пока станет сил, потому что России нужны руки и головы для разработывания неистощимых источников (твои слова); работать, чтоб слаще отдыхать, а отдыхать — значит жить другой, артистической, изящной стороной жизни, жизни художников, поэтов».

IV сыпӑк // .

Вӑхӑтӑн-вӑхӑтӑн: «Эх, турӑҫӑм! Пурнӑҫ канӑҫ памасть-ҫке, ниҫта хӑтӑлма ҫук», тенисем ҫеҫ илтӗнкелерӗҫ.

По временам только слышались отрывистые восклицания: «Ах, Боже мой! Трогает жизнь, везде достает».

I сыпӑк // .

Ҫак виҫӗ сӑмах: иллюминаци, праҫник, патша ҫуралнӑ кун тенисем — Петяшӑн лампӑсем айне ҫакакан виҫӗ кӗтеслӗ кӗленче шӑнкӑрккасен виҫӗ енӗпе пӗрех пулнӑ.

Эти три магических слова — иллюминация, табель и тезоименитство — были для мальчика как бы тремя гранями стеклянного подвеска.

XXXIII. Ушкисем // .

Ыталанса, эпир япаласем ҫине такӑна-такӑна утрӑмӑр, каллех мӗншӗн те мӗншӗн тесе ҫине-ҫинех ыйтатпӑр, ҫав мӗншӗн тенисем вара хамӑра Ленинград таврашӗнче мӗнле сӑлтавсем уйӑрнӑ пекех нумай, е тата Мускаври хамӑра кӳршӗллӗ урамсем мӗншӗн ирттерсе янӑ пекех, акӑ халӗ Полярная чи малтанхи хут килсенех тӗлпултӑмӑр, кунта, ҫур сехет каярах та-ха Катя кунта тесе шухӑшлама аса илме ҫукчӗ!

Мы ходили обнявшись, натыкаясь на вещи, и снова всё спрашивали — почему, почему, и этих «почему» было так же много, как много было причин, которые разлучили нас под Ленинградом, провели по соседним улицам в Москве, а теперь столкнули в Полярном, куда я только что приехал впервые и где ещё полчаса назад невозможно было вообразить мою Катю!

Виҫҫӗмӗш сыпӑк // .

«Мӗнле пулсан та, сахалтарах ҫыврасчӗ, ҫывӑрнӑ чух чӑтӑмлӑх ҫухалать» — тенисем те маншӑн, ман пек ҫынсемшӗн ытлашши йывӑр задачӑсем пулман.

«Спать как можно меньше, потому что во сне отсутствует воля» — также не было слишком трудной задачей для такого человек, как я.

Пӗрремӗш сыпӑк // .

Страницăсем:

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех