Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

пулнӑшӑн (тĕпĕ: пул) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
— Таса, тӳрӗ чӗреллӗ пулнӑшӑн!

— За честное, верное сердце!

VIII сыпӑк // .

Калам эппин, кум, эсӗ кирлех пулнӑшӑн калатӑп, сансӑр майлах мар.

Так и быть, кум, скажу, и то потому, что ты нужен; без тебя неловко.

III сыпӑк // .

Мӗн тери хавас эпӗ, савнӑ Ольга, — терӗ вӑл, хӗр аллине чуптуса, — санран уйрӑлмалла мар пулнӑшӑн!

Как я рад, милая Ольга, — сказал он, целуя у ней руку, — что мне не нужно покидать тебя!

XI сыпӑк // .

Обломов Захартан мӗн илтнине, Аниҫйӑран мӗн илтнине йӑлтах Ольгӑна каласа кӑтартрӗ; капӑр тумланнӑ ҫынсем мӗн калаҫнине те аса илчӗ, ҫавӑнтанпах ҫывӑраймастӑп, ҫынсем темӗн ыйтса е ӳпкелесе ман ҫине пӑхнӑ пек туйӑнать, е эпир тӗл пулнӑшӑн чеен сӑмах тӗртнӗ пек туйӑнать, терӗ.

Он рассказал ей все, что слышал от Захара, от Анисьи, припомнил разговор франтов и заключил, сказав, что с тех пор он не спит, что он в каждом взгляде видит вопрос, или упрек, или лукавые намеки на их свидания.

VII сыпӑк // .

Ольга ӑна сыхлануллӑ пулнӑшӑн мухтаса ответ ҫырчӗ; май ҫук пулсан, вырсарникун та тухма хушмарӗ; эпӗ пӗр эрне хушши тунсӑхласа пурӑнам та, анчах эсӗ сывӑ юл, терӗ.

Она написала ему ответ и похвалила, что он поберегся, советовала остаться дома и в воскресенье, если нужно будет, и прибавила, что она лучше проскучает с неделю, чтоб только он берегся.

VI сыпӑк // .

Агафья Матвеевна хӑй те кухньӑра питӗ вӑрт-варт ӗҫлет, Акулина чӑртмаххӑн ҫаврӑнкаланине вӑл кӑйкӑр кайӑкӑнни пек ҫивӗч куҫӗпе тӳрех асӑрхать; кӑмакаран апат кӑларма, ӑшӑтмашкӑн лартма, тӑварлама кӑшкӑрса хушать; пасарта вӑл пӗрре пӑхсах е кӑшт пӳрнепе тӗртсе пӑхсах чӑх миҫе уйӑхрине, пулӑ мӗнлине, петрушкӑпа салат ҫулҫисене йӑран ҫинчен хӑҫан татнине пӗр йӑнӑшсӑрах пӗлет; — ҫавна кура вара Анисья та Агафья Матвеевнӑна хисеплеме пуҫларӗ, вӑл ӑна пӗрремӗш хут курсанах унран тӗлӗнчӗ те, кӑштах шикленчӗ те, хӑй пирки вара ҫапла шутларӗ: текех эпӗ Обломов кухнинче ӗҫлеме пултараяс ҫук ӗнтӗ, халиччен эпӗ васкаса чупкалани Захар ӳкернӗ турилккене е стакана ярса илме ҫеҫ кирлӗччӗ; Захар мана пултаруллӑ та тавҫӑруллӑ пулнӑшӑн хытӑ кӗвӗҫетчӗ те хӑйӗн тӳрккес мӑнкӑмӑллӑхӗпе тарӑхтаратчӗ.

И Анисья, в свою очередь, поглядев однажды только, как Агафья Матвеевна царствует в кухне, как соколиными очами, без бровей, видит каждое неловкое движение неповоротливой Акулины; как гремит приказаниями вынуть, поставить, подогреть, посолить, как на рынке одним взглядом и много-много прикосновением пальца безошибочно решает, сколько курице месяцев от роду, давно ли уснула рыба, когда сорвана с гряд петрушка или салат, — она с удивлением и почтительною боязнью возвела на нее глаза и решила, что она, Анисья, миновала свое назначение, что поприще ее — не кухня Обломова, где торопливость ее, вечно бьющаяся, нервическая лихорадочность движений устремлена только на то, чтоб подхватить на лету уроненную Захаром тарелку или стакан, и где опытность ее и тонкость соображений подавляются мрачною завистью и грубым высокомерием мужа.

IV сыпӑк // .

— Ӗнӗр сухарисемпе пулнӑ пек-и… — сасартӑк персе ячӗ те Ольга, хӑй те хӗрелсе кайрӗ, ҫакна каламалла мар пулнӑшӑн вӑл мӗн панӑ пулӗччӗ, турӑ пӗлет.

— Как вчера с сухарями… — вдруг вырвалось у ней, и она сама покраснела и Бог знает что дала бы, чтоб не сказать этого.

V сыпӑк // .

Ҫынсем ӑна вӑл хӑйне сасартӑк кӑмӑл ҫӗкленнинчен тытса чарнишӗн, кирлӗ йӗрке чиккинчен иртмесӗр тӑма пӗлнӗшӗн, ӑс-тӑнпа ҫирӗп пулнӑшӑн ӳпкелеҫҫӗ те ҫийӗнчех каҫараҫҫӗ; тепӗр чухне кам ха пулин пӗтӗм вӑйран вирхӗнсе пырса, лачакана кӗрсе ӳксен, хӑйӗнне те, тепринне те пурнӑҫне тӗп тусан, Штольца ӑмсанать те, унран тӗлӗнет те.

Удержанность его от порывов, уменье не выйти из границ естественного, свободного состояния духа клеймили укором и тут же оправдывали, иногда с завистью и удивлением, другого, который со всего размаха летел в болото и разбивал свое и чужое существование.

II сыпӑк // .

Килтисем тата пурте: вӗренмелли кунпа ваттисен шӑматкунӗ ниепле те пӗр вӑхӑтрах пулмалла маррине, е кӗҫнерникун праҫник пулнӑшӑн эрнипех вӗренме каймалла маррине ҫирӗп ӗненсе тӑраҫҫӗ.

И все в доме были проникнуты убеждением, что ученье и родительская суббота никак не должны совпадать вместе, или что праздник в четверг — неодолимая преграда к ученью во всю неделю.

IX сыпӑк // .

Амӑшӗ Илюшӑн пуҫне тытса хӑй чӗркуҫҫийӗ ҫине хурать, ерипен кӑна унӑн ҫӳҫне турама тытӑнать, унӑн ҫӳҫӗ питӗ ҫемҫе пулнӑшӑн савӑнать, Настасья Ивановнӑна та, Степанида Тихоновнӑна та савӑнма хушать, вӗсемпе Илюшӑн пулас пурнӑҫӗ ҫинчен калаҫать, ӑна хӑй шухӑшласа кӑларнӑ, мӗнле те пулин эпопейӑн паттӑрӗ вырӑнне шутлать.

Мать возьмет голову Илюши, положит к себе на колени и медленно расчесывает ему волосы, любуясь мягкостью их и заставляя любоваться и Настасью Ивановну, и Степаниду Тихоновну, и разговаривает с ними о будущности Илюши, ставит его героем какой-нибудь созданной ею блистательной эпопеи.

IX сыпӑк // .

Тараска буфетчика Захар чӑтма пултараймасть; анчах ҫав Тараскӑна вӑл Обломов килӗнчи ҫын пулнӑшӑн ҫеҫ ҫут тӗнчери чи лайӑх ҫынпа та улӑштарман пулӗччӗ.

Тараску, буфетчика, он терпеть не мог; но этого Тараску он не променял бы на самого хорошего человека в целом свете потому только, что Тараска был обломовский.

VII сыпӑк // .

Манра сасартӑк Олеҫҫӑна, вӑл ӗлӑкрех хампа сиввӗн пулнӑшӑн, ӳпкев сӑмахӗ калас кӑмӑл чӑтмалла мар вӑйлӑ йӑтӑнса ҫӗкленчӗ.

Во мне вдруг поднялось неудержимое желание упрекнуть Олесю за ее прежнюю суровость.

X сыпӑк // .

— Тӗнчере хӑнкӑласем пулнӑшӑн эпӗ ма айӑплӑ-ха? — терӗ вӑл, айванла тӗлӗнсе.

— Чем же я виноват, что клопы на свете есть? — сказал он с наивным удивлением.

I сыпӑк // .

— Манпа ҫавӑн пек ырӑ кӑмӑллӑ пулнӑшӑн чун-чӗререн тав тӑватӑп Сире, Ваше высокоблагороди, — терӗ вӑл хумханса.

— Сердечно благодарю вас, ваше высокоблагородие, за доброе отношение ко мне, — сказал он с чувством.

Ҫирӗм тӑваттӑмӗш пай // .

Ҫынсемпе кӑнттам та усал кӑмӑллӑ пулнӑшӑн Рожественский адмирала матроссем курайми пулса ҫитнӗ.

Вызывал ненависть вспыльчивый, грубый нрав адмирала Рожественского.

Ҫирӗм тӑваттӑмӗш пай // .

Аллине турӑш йӑтнӑ ватӑ рабочи умарах тухать, хумханнипе кӑштах чӗтрекен сасӑпа вӑл Владимир Полиевктовича хӑйсемпе ырӑ кӑмӑллӑ пулнӑшӑн тав тӑвать.

Выходит вперед старый рабочий, в руках у него икона, дрожащим от волнения голосом он благодарит Владимира Полиевктовича, говорит о добром отношении к ним.

Ҫирӗм виҫҫӗмӗш пай // .

Титов Крылова ӗҫре тимлӗ пулнӑшӑн, математикӑна питӗ лайӑх пӗлнӗшӗн юратнӑ.

Титов полюбил Крылова за его серьезность и глубокие знания математики.

Вунпӗрмӗш пай // .

Ҫавӑнпах пуль юлашкинчен Крылов хӑйӗнчен ҫӳлерех тӑракан пуҫлӑхсене килӗшми пулнӑ, вара лешсем ӑна «шухӑшӗсем сиенлӗ пулнӑшӑн тата полици пуҫарнӑ ӗҫсенче хресченсем майлӑ тӑнӑшӑн» ӗҫрен хӑтарнӑ.

Недаром в конце концов Крылов оказался не по вкусу высшей администрации, и его отстранили от дел по причине «вредного образа мыслей и потворства крестьянам при делах, против них полицией возбужденных».

Пӗрремӗш пай // .

Асӑрханусӑр пулнӑшӑн,овчаркӑна курсан хӗр ача пек ҫухӑрса янӑшӑн ӑшра хӑйне хӑй ятларӗ вӑл.

Мысленно она уже не один раз обругала себя за тот девчоночий крик, который у нее вырвался при появлении овчарки.

Иккӗмӗш сыпӑк // .

Туррисем пӗр пек мар пулнӑшӑн ҫынсем айӑплӑ-и?..

Разве люди виноваты, что у них разный бог?..

XXXIX. Аркату // .

Страницăсем:

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех