Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

калӗччӗ (тĕпĕ: кала) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
Ачисене ҫеҫ сиктерӗччӗ, пӑхӗччӗ, юратса илӗччӗ, пӑхса ӳстерӗччӗ, амӑшӗн чӗри лӑпланнӑ пулӗччӗ, вара ҫапла калӗччӗ: «Пурте пур. Пурнӑҫран урӑх мана нимӗн те кирлӗ мар: хыта кӑмӑллӑччӗ ҫамрӑк чух, ватӑла-киле хыткукарланса тӑмарӗ, мӗнпур савӑнӑҫшӑн тӳлесе татрӗ, турӑран мӗн пӳрнине пурне те пачӗ».

Подержать бы на руках внучонка от нее, полюбоваться им, вынянчить, и тогда бы старое материнское сердце успокоилось, сказало бы: «Все есть. Ничего больше мне не надо от жизни. Была она жестка смолоду, да под старость не поскупилась, сполна все радости выплатила, которые человеку от бога изведать положено».

Вунтӑваттӑмӗш сыпӑк // .

Кам та пулин вӗсем калаҫнине вӑрттӑн итлесе тӑрас пулсан, ҫапла калӗччӗ: кусем ӗмӗрлӗхех мӑшӑрланаҫҫӗ, пулас ҫемье шанчӑклӑ чӑмӑртанать, пурнӑҫа ӑнланас енчен те, мӗн килӗшни енчен те, кӑмӑлӗсем те кусен ытла та пӗр пек…

Если бы кто-либо подслушал их разговор, то невольно сказал бы: «Да, эта будущая семья цементируется надежно. По всему видно, что сошлись они и характерами, и вкусами, и взглядами на жизнь».

XXV сыпӑк // .

Чӳрече патне чупса пыма пултарсан, амӑшӗнчен икӗ утӑмра тытӑнса лармалла мар пулсан — разведчикӑн асӑрхануллӑ пулмалла-ҫке-ха — Володя ҫаплах калӗччӗ амӑшне.

Так бы и сказал Володя матери, если б мог, не таясь, подбежать к окну, если бы не должен был прятаться в двух шагах от нее, как того требовали долг и осторожность разведчика.

Вунвиҫҫӗмӗш сыпӑк // .

Вӑл пуҫне силлесе илчӗ те: — Ҫук, ҫук! Эрне хӑйсен ҫыннисене ҫакӑн пек каланӑ пулӗччӗ: кирлӗ пек пурӑнӑр, тырӑран тунӑ ҫӑкӑр ҫийӗр, сӗт ӗҫӗр, качака какайӗ ҫийӗр, анчах ҫын какайне тутанса та ан пӑхӑр, тесе калӗччӗ, — терӗ.

Он покачал головой и ответил: — Нет, нет! Пятница сказал бы всем своим: живите как надо; кушайте хлеб из зерна, молоко, козье мясо, не кушайте человека.

Ҫирӗм виҫҫӗмӗш сыпӑк // .

Штольц хӗл каҫма ялтан килсен кӑна вӑл ун килне ыткӑнать те Андрей ҫине ытарайми пӑхать, ӑна ҫепӗҫҫӗн савса ачашлать, вара Андрей Иваныча тем калӗччӗ, тав тавӗччӗ, юлашкинчен, хӑйӗн чӗринче мӗн пуррине йӑлтах, йӑлтах ӑна каласа парӗччӗ: Штольц ӑнланӗччӗ, анчах Агафья Матвеевна каласа пама пӗлмест, Ольга умне ыткӑнать ҫеҫ, ун аллине чуптӑвать те ҫав тери хурланса йӗрсе ярать, Ольга та ирӗксӗрех унпа пӗрле макӑрса ярать, Андрей вара пӑлханса, васкаса пӳлӗмрен тухать.

Только когда приезжал на зиму Штольц из деревни, она бежала к нему в дом и жадно глядела на Андрюшу, с нежной робостью ласкала его и потом хотела бы сказать что-нибудь Андрею Ивановичу, поблагодарить его, наконец, выложить пред ним все, все, что сосредоточилось и жило неисходно в ее сердце: он бы понял, да не умеет она, и только бросится к Ольге, прильнет губами к ее рукам и зальется потоком таких горячих слез, что и та невольно заплачет с нею, а Андрей, взволнованный, поспешно уйдет из комнаты.

X сыпӑк // .

Мӗнле сӑмахсемпе калӗччӗ вӑл?

Где бы она нашла язык?

X сыпӑк // .

Ольга Соничкӑна аса илчӗ: иккӗмӗш юрату пирки вӑл мӗн калӗччӗ-ши?

И Обломов так изрек свой приговор.

IV сыпӑк // .

Унран: эсӗ ӑна саватӑн-и? тесе ыйтас пулсан, вӑл каллех кулса илӗччӗ те юрататӑп тейӗччӗ; анчах Обломов ун патӗнче эрне кӑна пурӑннӑ пулсан та, вӑл ҫаплах калӗччӗ.

Если б ее спросили, любит ли она его, она бы опять усмехнулась и отвечала утвердительно, но она отвечала бы так и тогда, когда Обломов жил у нее всего с неделю.

I сыпӑк // .

Страницăсем:
  • 1

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех