Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

вӑхӑтсене (тĕпĕ: вӑхӑт) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
Кирек мӗскер пулсан та Айртон биографинчи хӑш-пӗр паллӑ мар вӑхӑтсене унӑн пӗлмеллех пулать, кунтан та ытларах вӑл хӑйӗн пурӑнӑҫӗнче Гарри Грантпа тата «Британипе» мӗнле майпа тӗл пулнӑ вӑхӑтсем ҫинчен те лайӑхрах пӗлсе ҫитмелле.

Во что бы то ни стало он должен был выяснить некоторые загадочные обстоятельства из биографии Айртона, особенно относящиеся к тому периоду его жизни, когда он был связан с Гарри Грантом, и «Британией».

Вунсаккӑрмӗш сыпӑк // .

Иртнӗ кунсенчи каннӑ вӑхӑтсене хавхалантаракан тата ялан пӗр пек тӑсӑлакан ҫулсене тӗрлӗ интерессемпе тултаракан калаҫусем пӗтрӗҫпе пӗрех темелле.

Общие разговоры, оживлявшие в былые времена привалы и скрашивавшие однообразие и бедность путевых впечатлений, почти прекратились.

Вунулттӑмӗш сыпӑк // .

Анчах авалхи вӑхӑтсене кӗрсе кайма кирлех те мар: Елизавета патшара ларнӑ вӑхӑтра, — Шекспир ун чухне хӑйӗн Шейлонне ҫырнӑ, — Шотландин Сэвней Бек ятлӑ вӑрӑ-хурахне ҫынна ҫинӗшӗн вӗлернӗ.

Впрочем, не стоит углубляться в древние века: во время царствования Елизаветы, когда Шекспир писал своего Шейлока, шотландский разбойник Сэвней Бек был казнён за людоедство.

Улттӑмӗш сыпӑк // .

Ҫак крушени Америка ҫулӗсем ҫинче поездсемпе тӑтӑшах пулакан телейсӗр вӑхӑтсене аса илтерет.

Это крушение напоминало столь частые на американских дорогах несчастные случаи с поездами.

Вуниккӗмӗш сыпӑк // .

Кунсӑр пуҫне пушӑ вӑхӑтсене спорт залӗнче ирттерчӗҫ.

Куҫарса пулӑш

Иккӗмӗш пайӗ // .

— Эпӗ ак кӗске вӑхӑтсене шутламасан, вунтӑваттӑмӗш ҫултан пуҫласа паянхи кунчченех фронтра.

— А я на фронте с четырнадцатого года и по нынешний день, с небольшими перерывами.

XIV // .

— Каҫар, тархасшӑн, савнӑ ҫыннӑм, ку чухнехи вӑхӑтсене кура пурнӑҫ хӑй мана ҫапла вӗрентсе ячӗ: малтанах хывӑн, унтан тин ҫӗр вырттарса яма ыйт, ахаллӗн кӗртмеҫҫӗ.

— Прости, ради Христа, мил человек, но я по нынешним временам так обучен: спервоначалу разденься, а потом уж просись почивать, иначе не пустят.

I // .

Вӑл пурри-ҫукки сирӗншӗн пӗрех, пирӗншӗн, ку чухнехи вӑхӑтсене кура — пысӑк пурлӑх.

Вам все равно это, иметь или не иметь, а для нас, по нынешним временам, это — целое состояние.

XXVI // .

Подтелков канса тӑрас тата ҫӗр каҫас вӑхӑтсене чакарчӗ.

Подтелков укорачивал стоянки и ночевки.

XXVII // .

Хӑй ача чухнехи вӑхӑта ирттернӗ вырӑнта электростанци лартни ӑна пушшех савӑнтарнӑ, кунта вӑл пулӑ тытнӑ, шыва кӗнӗ, ҫарапакка ҫыран тӑрӑх чупнӑ, — чӑнкӑ сӑмсах тӗлӗнче ларакан электростанци патне пымассерен вӑл ҫав чуна ҫӳҫентерекен вӑхӑтсене аса илнӗ!

Самым же приятным было то, что турбина устанавливалась на реке, где прошло его детство, где он ловил рыбу, купался, бегал голышом по берегу, — сколько возникало волнующих сердце воспоминаний всякий раз, когда он подходил к зданию вблизи самой кручи!

XIV сыпӑк // .

Кондратьев киличчен пӗччен пулса, унӑн чи паллӑ вӑхӑтсене, чи кирлӗ ответсене тепӗр хут аса илес килнӗ.

Ей хотелось до приезда Кондратьева в одиночестве еще раз вспомнить известные даты, самые нужные ответы.

VII // .

Вӑл, мӗскӗн, паллӑ вӑхӑтсене пӗтӗмпех тӗплӗн вӗренсе пӗлнӗччӗ, вӗсене тур кӗнеки пек вулатчӗ, анчах иккӗ илчӗ…

Он, бедный, тщательно выучил все известные даты, чтил их, как Библию, но получил два…

VII // .

Паян кунӗпех Сталин пурнӑҫӗ ҫинчен шутларӑм, паллӑ вӑхӑтсене пурне те аса илме тӑрӑшрӑм, анчах темшӗн шухӑша хамӑр колхоз еннелле ҫавӑрса яратӑп…

Сегодня весь день думал о жизни Сталина, старался вспомнить все известные события, но почему-то мысли все время возвращались к нашему колхозу…

V // .

Тен пурнӑҫри паллӑ вӑхӑтсене начар пӗлетӗн?

Может быть, ты плохо знаешь известные события жизни?

V // .

Эпир унӑн пӗтӗм биографине кӗнеке тӑрӑх ҫеҫ пӗлес пулсан, паллӑ вӑхӑтсене пурне те ялан асра тытса тӑма вӗренсен, ҫав вӑхӑтрах хамӑр колхозри пурнӑҫа вӑл вӗрентнӗ пек йӗркелемесен, ку мӗнле вӗренӳ пултӑр-ха?..

Если бы мы знали всю его биографию только по книгам, научились бы всегда помнить все известные даты, и в то же время не наладили бы в нашем колхозе жизнь по его учению, то какая это была бы учеба?..

IV // .

— Пурнӑҫри паллӑ вӑхӑтсене эпир хамӑр курни-илтни тӑрӑх пӗлетпӗр — калаҫӑва хутшӑнчӗ Фекла Ивановна, чылай ҫула ҫитнӗ типшӗмрех хӗрарӑм, — мӗншӗн тесен эпир хамӑр та, пирӗн ачасем те Сталинпа пӗр пурнӑҫра пӗрле пурнатпӑр, пӗрле ӗҫлетпӗр.

— Об известных вехах жизни мы знаем из того, что видим и слышим, — вмешалась в разговор Фекла Ивановна, худая женщина в годах, — потому что и мы и наши дети живут одной и той же жизнью, что и Сталин, вместе работаем.

IV // .

— Паллӑ вӑхӑтсене астӑватӑн пулсан, ыттисене вара хӑвӑн чӗрере мӗн выртнине пурне те каласа пар, — ҫавӑн пек тусан ҫултан аташас ҫук.

— Если ты помнишь знаменательные даты, то обо всем остальном расскажи так, как чувствует твое сердце, — в этом случае с верного пути не собьешься.

IV // .

— Кунта, хӗрарӑмсем, чи кирли, — калаҫма пуҫларӗ Дарья, вӑрӑм та типшӗм, пуҫне ҫыхнӑ пӗчӗк тутӑрне куҫӗ ҫинех антарса лартнӑ хӗрарӑм, — чи кирли акӑ мӗнре: Сталин пурнӑҫӗнчи паллӑ вӑхӑтсене ҫирӗп пӗлме кирлӗ.

— Тут, бабы, главное, — заговорила Дарья, женщина высокая и тощая, с завязанным маленьким платком, что была опущена аж до глаз, связанную с головой, — главное, вот в чем: нужно твердо знать знаменательные даты из жизни Сталина.

IV // .

Герверт Гилле халӗ ҫав тахҫан ӗлӗк пулнӑ пек туйӑнакан вӑхӑтсене ассӑн сывласа аса илнӗ.

Герберт Гилле с удовольствием вспоминал те времена, кажущиеся теперь уже такими далекими.

Вуннӑмӗш сыпӑк // .

— Тӑхта, Евсей Гордеич, — чарчӗ ӑна Федор Лукич, — ӗлӗкхи вӑхӑтсене эсӗ пуҫран кӑларса ывӑт та манса кай, ӑна текех тавӑраймӑн ӗнтӗ.

— Погоди, Евсей Гордеич, — перебил Федор Лукич, — ты прежние времена выбрось из головы и забудь, того уже не воротишь.

XXI // .

Страницăсем:

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех