Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

таврӑнтӑм (тĕпĕ: таврӑн) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
Масар ҫинчен таврӑнтӑм та пӳртре, алӑк янахӗ ҫумне тӑрса, пуҫ тӗлӗнче кӑранташпа йӗр турӑм.

Пришел я с кладбища, стал в горнице спиной к притолоке и провел над головой черточку карандашом.

V сыпӑк // .

Шанхая пырса кӗрсенех хам валли суя ҫивӗт илсе ҫыпӑҫтартӑм та, — ун чух вӗсем икӗ юань тӑратчӗҫ, — киле таврӑнтӑм.

В Шанхае я сразу купил себе фальшивую косу, стоила она тогда два юаня, кое-как приладил ее и вернулся домой.

Ҫӳҫ ҫинчен // Николай Григорьев. Лу Синь. Калавсем. Чӑваш АССР государство издательстви, 1960. — 46–53 стр.

Ҫав тетрадьсене илтӗм те эпӗ киле таврӑнтӑм, унта ҫыркаласа хунисене курсан, ку ҫын темле «мани преследовани» йышши чирпе асапланнӑ пулӗ терӗм.

Захватив с собой дневник, я вернулся домой и по просмотре записей пришел к заключению, что больной страдал «манией преследования».

Ухмаха ернӗ ҫын ҫырса пынисем // Николай Григорьев. Лу Синь. Калавсем. Чӑваш АССР государство издательстви, 1960. — 8–23 стр.

Ӑслӑ ҫынсем фронтра чухнех тӑна кӗртрӗҫ те, большевик пулса таврӑнтӑм.

Умные люди ишо на фронте подсказали, большевиком вернулся.

4-мӗш сыпӑк // .

Ҫакна кура эпӗ ун патне таврӑнтӑм, кутамккана, котелокпа чейнике ҫӗре хутӑм та, хӗрарӑма месерле вырттарса, урисене хуҫлатма пикентӗм — вӑл мана, питрен те какӑртан чышса, тӗртсе ячӗ те, каялла ҫаврӑнса, упа ами пек тӑват уран упаленсе, кӑшкӑрса-хӑрӑлтатса, тӗмсем хушшинелле кӗрсе кайрӗ.

Это воротило меня к ней, я сбросил на землю котомку, чайник, котелок, опрокинул ее спиною на землю и хотел согнуть ей ноги в коленях — она оттолкнула меня, ударив руками в лицо и грудь, повернулась и, точно медведица, рыча, хрипя, пошла на четвереньках дальше в кусты:

Этем ҫурални // Александр Артемьев. Максим Горький. Сочиненисем. Чӑваш АССР государство издательстви, 1953. — 156–165 стр.

Эпӗ табора таврӑнтӑм та ваттисене йӑлтах каласа кӑтартрӑм.

Воротился я в табор и рассказал о всем старикам.

Макар Чудра // Хумма Ҫеменӗ, Феодосия Ишетер. Максим Горький. Сочиненисем. Чӑваш АССР государство издательстви, 1953. — 7–19 стр.

Тепӗр кунне чӑвашсем малалла кайрӗҫ, эпӗ хам тивӗҫсене пурнӑҫласа Хусана таврӑнтӑм.

Куҫарса пулӑш

«Чунҫӳрев»: ҫулсем такӑр пулччӑр // Евгений Турхан. http://suvargazeta.ru/news/cn-khyparsem/ ... -pulchchar

Вӑхӑт чарӑнса тӑрса ҫак ҫыран хӗрринче, ватӑ башньӑсем хушшинче Песчинкӑпа Тихая шывӗсем пӗрлешсе юхнӑ тӗлте хам килессе кӗтсе тӑнӑ пекех пулса тухрӗ, — акӑ таврӑнтӑм ӗнтӗ эпӗ, вӑхӑтпа иксӗмӗр пӗр-пӗрин ҫине пӑхатпӑр.

Как будто время остановилось и терпеливо ждало меня на этом берегу, между старинных башен, у слияния Песчинки и Тихой, — и вот я вернулся, и мы смотрим друг другу в лицо.

Тӑххӑрмӗш сыпӑк // .

Январь вӗҫӗнче ҫеҫ эпӗ хам полка таврӑнтӑм.

Лишь в конце января я вернулся в полк.

Иккӗмӗш сыпӑк // .

— Эпӗ Мускава таврӑнтӑм, — терӗ малалла, — ҫинчех вара хама Ленинграда куҫарттарасшӑн ӗҫ ҫӳретме тытӑнтӑм.

— Я вернулся в Москву, — продолжал он, — и сразу же стал хлопотать, чтобы меня перевели в Ленинград.

Ҫирӗммӗш сыпӑк // .

Ишӗлнӗ ҫуртӑн картишне таврӑнтӑм.

Я вернулся во двор разбитого дома.

Вунтӑваттӑмӗш сыпӑк // .

— Пӗр сехет иртрӗ-ши, ытларахчӗ-ши, акӑ эпӗ таврӑнтӑм, — терӗ Ромашов, — таврӑнтӑм та, ӑна тупаймарӑм.

— Я вернулся через час или немного больше, — сказал Ромашов, — и не нашёл его.

Вуниккӗмӗш сыпӑк // .

Кӑнтӑрла ҫитсен киле таврӑнтӑм та хапха умӗнчех Розалия Наумовнӑна тӗл пултӑм, хӑраса ӳкнӗ вӑл тата: Невскинче халӗ ҫеҫ шпиона тытнине куртӑм, тет.

В полдень я вернулась домой и у подъезда встретила взволнованную Розалию Наумовну, которая объявила, что только что видела, как на Невском задержали шпиона.

Тӑваттӑмӗш сыпӑк // .

Эпӗ темшӗн дачӑна таврӑнтӑм, унта каҫ ирттертӗм, пӗр минутлӑха та куҫ хупаймарӑм пулас, ҫапах та ҫывӑрса кайнӑ-мӗн эпӗ, мӗншӗн тесен сасартӑк хӑраса вӑрантӑм, чӗрем хытӑ сикетчӗ: «Вӑрҫӑ. Нимӗн улӑштарма та юрамасть».

Зачем-то я вернулась на дачу, провела там ночь, кажется, не слала ни одной минуты, и всё-таки спала, потому что вдруг проснулась растерянная, с бьющимся сердцем: «Война. Ничего нельзя изменить».

Виҫҫӗмӗш сыпӑк // .

Халь ӗнтӗ таврӑнтӑм — ответлерӗм эп.

Я уже вернулась, — сказала я.

22 сыпӑк // .

Эпӗ хамӑн тӑван хулама таврӑнтӑм, эсир ав кулса, шӑл йӗрсе калаҫатӑр.

Я приехала в свой родной город, а вы с какими-то насмешками ко мне!

22 сыпӑк // .

Вӗсем мӗн ҫинчен калаҫнине пӗлместӗп ӗнтӗ, ҫурҫӗр иртсен икӗ сехетре эпӗ таврӑнтӑм та вӗсен иккӗшин те куҫӗсем хӗрелнӗччӗ — тӗтӗме пула пулӗ, пӗтӗмпех туртса тултарнӑччӗ, чӳречине темшӗн уҫманччӗ вара.

Не знаю, о чём они говорили, но, когда я вернулась во втором часу ночи, у обоих были красные глаза — вероятно, от дыма: в номере было сильно накурено, а окно почему-то закрыто.

Вунпиллӗкмӗш сыпӑк // .

Ҫав кунхине эпӗ киле питӗ каҫа юлса таврӑнтӑм.

В этот день я поздно вернулась домой.

Ҫиччӗмӗш сыпӑк // .

Эпӗ киле таврӑнтӑм, кӑштах тӑрсан каҫ пулчӗ те вара ҫӗрӗпех ҫав кӑвак тетрадьсене вуларӑм.

Я вернулась домой, и прошло ещё несколько часов, и прошёл долгий вечер за чтением синих тетрадей.

Иккӗмӗш сыпӑк // .

Эпӗ Ромашка патне таврӑнтӑм.

Я вернулся к Ромашке.

Вуниккӗмӗш сыпӑк // .

Страницăсем:

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех