Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

вӑхӑтчӗ (тĕпĕ: вӑхӑт) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
Хуларан кайма вӑхӑтчӗ ӗнтӗ унӑн: пӑланӗ кунӗпех выҫӑ-ҫке.

Пора было уже покинуть этот город, где олень его целый день голодал.

II // .

Хӗвел анчӗ, манӑн ӗнтӗ киле кайма вӑхӑтчӗ.

Солнце село, и мне уже пора было идти домой.

IV // .

Ку вӑхӑт ҫынсем тӗлӗнмелле ӗҫсене ӗненекен вӑхӑтчӗ: нумаях пулмасть хулара магнетизм вӑйне кӑтартас енӗпе опытсем туса ирттернӗччӗ.

Тогда умы всех именно настроены были к чрезвычайному: недавно только что занимали весь город опыты действия магнетизма.

II // .

Анса ларакан хӗвел еннелле тинкернӗ май, вӑл хай тахҫан, Григорин ҫураҫса хунӑ хӗре пулнӑ чух, Григорий хӑйне курма пынине, ӑна хапхаран ӑсатса яма тухнине аса илчӗ; ун чухне те хальхи пекех хӗвел аннӑ вӑхӑтчӗ; анӑҫра каҫ пулас умӗнхи шуҫӑм шевлисем йӑм-хӗрлӗн чӗнтӗрленсе ҫунатчӗҫ, ҫӳҫӗсем ҫинче кураксем кӑраклататчӗҫ…

Она вспомнила, глядя на закат, как когда-то давно, когда она была еще невестой Григория, приезжал он ее проведать, и она вышла проводить его за ворота, и тогда так же горел закат, малиновое зарево вставало на западе, кричали в вербах грачи…

XIV // .

— Лӑпах вӑкӑр кӳлсе тухма вӑхӑтчӗ.

— Самое зараз бы с букарем.

XLVI // .

Ылтӑн вӑхӑтчӗ вӑл, Катерина!

Это было золотое время, Катерина!

IX // .

Кӗтме талӑка яхӑнах тиврӗ пулас, — шӑпах ҫур шывӗ ейӗлсе кайнӑ вӑхӑтчӗ ку, — эпӗ вара — эсир, паллах, ӑнланатӑр — хам валли йӑва буфетра ҫавӑртӑм.

Ждать приходилось, пожалуй, около суток, — это было во время весеннего разлива, — и я — вы, конечно, понимаете — свил себе гнездо в буфете.

V // .

Ун чухне утӑ ҫулнӑ вӑхӑтчӗ, гепеушниксем кӑнтӑрла хӑйсен лашисем валли утӑ турттаратчӗҫ.

Было время сенокоса, и гепеушники днем возили сено для своих лошадей.

XXVI сыпӑк // .

Ҫав хушӑрах вӑл асаплӑн ҫакна туйрӗ: ун чунӗнче, ҫӑвари пек, темле ырӑ, ҫутӑ вӑй пытарӑнса тӑрать, тен, вӑл халиччен пӗтсе те ларнӑ пуль, е вӑл ту айӗнчи ылтӑн пек выртать, ҫав ылтӑнӑн тахҫанах алӑран алла ҫӳрекен укҫа пулма вӑхӑтчӗ ӗнтӗ.

А между тем он болезненно чувствовал, что в нем зарыто, как в могиле, какое-то хорошее, светлое начало, может быть, теперь уже умершее, или лежит оно, как золото в недрах горы, и давно бы пора этому золоту быть ходячей монетой.

VIII сыпӑк // .

Ҫавӑ маншӑн чи асаплӑн тӑна кӗнӗ вӑхӑтчӗ.

Это было одно из самых горьких и томительных моих пробуждений.

Улттӑмӗш сыпӑк // .

Урӑх тӗнчеччӗ ҫав ун чух, урӑх вӑхӑтчӗ!

То был другой мир, другое время!

Вунулттӑмӗш сыпӑк // .

Ҫӗрлеччӗ, тревога пулнӑ вӑхӑтчӗ.

Была ночь и тревога.

Вунпиллӗкмӗш сыпӑк // .

Кӑмӑлӗ унӑн питӗ уҫӑлнӑ вӑхӑтчӗ, акӑ мӗншӗн пулчӗ вара!

У него было превосходное настроение, вот в чём дело!

Виҫҫӗмӗш сыпӑк // .

Виҫҫӗмӗш сехетчӗ ӗнтӗ, сӗм-тӗттӗм пулмалли вӑхӑтчӗ, анчах эпир «Асторирен» тухсан питӗ ҫутӑччӗ, Гоголь урамӗпе иртнӗ чух юри чарӑнса хаҫат вулама тытӑнтӑм.

Был третий час, и это был самый тёмный час ночи, но, когда мы вышли из «Астории», было так светло, что я нарочно остановилась на улице Гоголя и стала читать газету.

Вуннӑмӗш сыпӑк // .

Урамра эп тухнӑ чух ҫутахчӗ-ха; хӗвел аннӑ вӑхӑтчӗ, унӑн йӑлтӑр-йӑлтӑр ярӑмӗсем Садовой енчи хирӗҫле кантӑксем ҫине ӳксе ытарма ҫук илем кӳретчӗҫ.

Было ещё совсем светло, когда я вышел на улицу; солнце ещё заходило, отражаясь в окнах на другой стороне Садовой.

Саккӑрмӗш сыпӑк // .

Стариксене канма вӑхӑтчӗ ӗнтӗ.

Старикам нужен был отдых.

Романа кӗртмен сыпӑк // .

Ҫывӑрма та вӑхӑтчӗ ӗнтӗ.

Давно пора было спать,

Ҫирӗм иккӗмӗш сыпӑк // .

Ҫав вӑхӑт, чӑнах та, пурнӑҫӑмри чи лайӑх вӑхӑтчӗ!

Право, это самое лучшее время моей жизни!

Майӑн 22-мӗшӗ // .

Кӗрхи вӑхӑтчӗ.

Это случилось осенью.

Станца пуҫлӑхӗ // .

Асаплӑ, йывӑр вӑхӑтчӗ ун чухне.

Времена были тогда тяжкие, тяжелые.

Лаох // Василий Алентей. Василий Алентей. Лаох. Хырсем ӗмӗрех ем-ешӗл. Повестьсем. Шупашкар: Чӑваш АССР кӗнеке издательстви, 1970

Страницăсем:

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех