Чӑваш чӗлхин икчӗлхеллӗ ҫӳпҫи

Шырав

Шырав ĕçĕ:

Алексейӗн (тĕпĕ: Алексей) сăмах форми çинчен тĕплĕнрех пăхма пултаратăр.
Ӗлӗк-авалах, ун чухне ятсӑр пулнӑ ҫак катара, Татарски хуторӗнче пурӑннӑ темле Алексейӗн ӗнине кашкӑрсем туртса ҫурнӑ пулнӑ.

Давным-давно в этом, тогда еще безыменном, перелеске волки зарезали корову, принадлежавшую какому-то Алексею — жителю хутора Татарского.

LXIII // .

Вӗсем: хулсӑр Шамиль Алексейӗн шӑллӗсем — Мартынпа Прохор, Моховсен вутлӑ арманӗнче машинистра ӗҫленӗ Иван Алексеевич, ҫӗвӗк питлӗ Афонька Озеров, хутор атаманӗ пулнӑ Маныцков, Шамильсен уксах ураллӑ кӳрши — Евлантай Калинйя, лӳппер те тӑсланкӑ казак Борщев, кӗске мӑйӑхлӑ Захар Королев, упа сӑнлӑрахскер, тата пӗтӗм сотньӑна ахӑрттарса култаракан Гаврил Лиховидов.

Два брата безрукого Алексея Шамиля — Мартин и Прохор, бывший машинист моховской паровой мельницы Иван Алексеевич, щербатый Афонька Озеров, бывший хуторской атаман Маныцков, колченогий чубатый сосед Шамилей — Евлантий Калинин, нескладно длинный казачина Борщев, короткошеий и медвежковатый Захар Королев, веселая сердцевина всей сотни Гаврила Лиховидов.

III // .

Шумилин Мартин, хулсӑр Алексейӗн тӑванӗ, ҫак ылханлӑ кайӑка масар карти ҫумӗнче икӗ каҫ хуралласа тӑчӗ, анчах та ӳхӗ — куҫа курӑнми ытарлӑ кайӑк — нимӗн сасӑсӑр ун пуҫӗ ҫинченех вӗҫсе каҫать, масарӑн тепӗр пуҫӗнчи хӗрес ҫине кайса ларать, ыйхӑллӑ хутор ҫине каллех хӑйӗн сехрене хӑпартакан сассисене сапалама тытӑнать.

Шумилин Мартин, брат безрукого Алексея, две ночи караулил проклятую птицу под кладбищенской оградой, но сыч — невидимый и таинственный — бесшумно пролетал над ним, садился на крест в другом конце кладбища, сея над сонным хутором тревожные клики.

1 // .

Тахҫанах, пӑшал пенӗ ҫӗрте, Алексейӗн аллинчи винтовки ҫурӑлса кайнӑ иккен те, затвор татӑкӗ питҫӑмартине аркатса пӑрахнӑ.

Давно на стрельбище разорвало в руках Алексея винтовку, кусок затвора изуродовал щеку.

2 // .

Алексейӗн занятисем вӗҫленсенех Крыловсем тӑван ҫӗршывне тухса кайрӗҫ.

Как только кончились занятия у Алексея, Крыловы собрались и поехали на родину.

Пиллӗкмӗш пай // .

Алексейӗн та халӗ пуҫӗ лайӑх ӗҫлерӗ.

Мозг Алексея тоже работал остро и ясно.

7 сыпӑк // .

Тӗрӗссипе, Алексейӗн коньки пулман.

Собственно, коньков у него не было.

11 сыпӑк // .

Алексейӗн хаяр сӑнӗ ҫине, унӑн вӗри куҫӗсем ҫине чалӑшшӑн пӑхса, вӑл епле те пулин ҫемҫереххӗн калаҫма тӑрӑшрӗ.

Косясь на сердитое лицо Алексея, на его горячие, «шалые» глаза, он старался говорить как можно мягче.

6 сыпӑк // .

Анчах Лиза вырӑнне, куҫайӗн пӑхса, кӑшт ҫеҫ кникс туса, питне шуратнӑ, пилӗкне пӑвса ҫыхнӑ мисс Жаксон кӗнӗ те, Алексейӗн ҫар ҫыннилле хатӗрленсе тӑни ахалех пулнӑ.

К несчастию, вместо Лизы вошла старая мисс Жаксон, набеленная, затянутая, с потупленными глазами и с маленьким книксом, и прекрасное военное движение Алексеево пропало втуне.

Хресчен хӗрӗ — пике // .

Лиза Алексейӗн кӑмӑлне килнӗҫемӗн килсе пынӑ.

Лиза час от часу более нравилась Алексею.

Хресчен хӗрӗ — пике // .

Алексейӗн хӑйӗн те унпа пӗр пекрех пулас килнӗ.

Алексею хотелось уравнять их отношения.

Хресчен хӗрӗ — пике // .

Алексейӗн вӗсем ҫинелле пӑхнӑ май чӗри савӑнӑҫпа тулчӗ: ӗҫ йӗркеллех, аванах пулса тухнӑ — ахальтен мар ку хӗрӗн сӑн-пичӗ ҫав тери уҫӑ кӑмӑллӑ, килӗшӳллӗ.

Алексей смотрел на них, и сердце его наполнялось радостью: обошлось хорошо, недаром у нее такое открытое, простое и милое лицо.

14 сыпӑк // .

Вӗсем ҫапла калаҫса татӑлчӗҫ: Гвоздевӑн, госпитальтен тухсан, телефон тӑрӑх хӑйне илме пыма пулнӑ Анютӑпа пӗрле палата чӳречисем тӗлӗпе утса иртмелле, вара Алексейӗн Анюта мӗнле кӑмӑла кайни ҫинчен танкиста ҫырупа пӗлтермелле.

Условились они, что Гвоздев, выйдя из госпиталя, с Анютой, которая по телефону обещала ему зайти за ним, пройдет мимо окон палаты и Алексей тотчас изложит танкисту в письме свое о ней впечатление.

14 сыпӑк // .

Алексейӗн пӗтӗм ас-тӑнӗ, шӑмми-шакки ку шухӑша хирӗҫ тӑчӗ: ҫук, вӑл ун пек ҫын мар, вӑл пӑрахас ҫук, пӑрӑнса каяс ҫук!

Все существо Алексея протестовало: нет, она не такая, она не бросит, не отвернется!

6 сыпӑк // .

Алексейӗн ҫакна питех те ӑнланас килчӗ, мӗншӗн тесен, хӑйне ӑна ыратнине лӑплантармалли наркотиклӑ эмелсем ытларах та ытларах парса пынӑ пулин те, вӑл каҫ-каҫ ҫывӑрма пултараймарӗ, хӑш чухне, йынӑшас мар тесе, одеялне шӑлӗсемпе ҫыртса лартса, ирчченех куҫ хупмасӑр выртрӗ.

Алексею тем более хотелось понять это, что, несмотря на все увеличивавшиеся дозы наркотиков, он сам не мог уже спать по ночам и иногда до утра лежал с открытыми глазами, вцепившись зубами в одеяло, чтобы не стонать.

4 сыпӑк // .

Халӗ ҫеҫ ҫуралнӑ ачана тыткаланӑ пек асӑрханса, Алексее ҫунашка ҫине вырттарчӗ те тилхепепе ҫыхкаларӗ, унтан кӑшт шухӑшласа тӑчӗ те кивӗ аҫамне хывса Алексейӗн пуҫӗ айне хуҫлатса хучӗ.

Осторожно, как новорожденного ребенка, опустил он Алексея на салазки, прикрутил к ним веревочной вожжой, подумал, стащил с себя армяк, свернул и подмостил ему под голову.

14 сыпӑк // .

Тен, ҫак каҫхине вӑрманта Алексейӗн чунӗ кӳтсе ҫитнӗ пулӗччӗ.

Может быть, в эту ночь Алексея охватило бы отчаяние.

10 сыпӑк // .

Ираида Алексейӗн пӳлӗмӗнчен кутӑн чака-чака тухрӗ.

Из комнаты Алексея Ираида вышла не помня себя.

Хурлӑхлӑ юрӑ // Николай Сунай. «Тӑван Атӑл», 2016, 9№

Алексейӗн вилтӑприне пӑхакан пулӗ-ши ашшӗпе амӑшӗ ҫӗре кӗрсен?

Будет ли кому ухаживать за могилой Алексея, когда родители помрут?

Хурлӑхлӑ юрӑ // Николай Сунай. «Тӑван Атӑл», 2016, 9№

Алексейӗн шурӑхса кайнӑ, шӑммисем витӗр палӑракан питне курсан хӗрачасем пушшех хӑраса ӳкрӗҫ.

Девочки еще больше испугались, когда увидели лицо Алексея, на котором не было только кожа да кости.

Хурлӑхлӑ юрӑ // Николай Сунай. «Тӑван Атӑл», 2016, 9№

Страницăсем:

Меню

 

Статистика

...тĕплӗнрех